Ураловед

Портал знатоков и любителей Урала

5 1 2 3 4 5 Рейтинг: 5.00 Голосов: 8

Очерк А.В. Доброва из цикла «Неторопливое путешествие в долине реки Серги длиною в жизнь».

Кабинет археологии, куда меня пригласил работать мой близкий друг Н.Г. Смирнов, жил в основном за счет договоров, по которым, в соответствии с действовавшими тогда законами, любое крупное строительство предварялось в том числе и археологической экспертизой, дабы не уничтожить невзначай какой-нибудь памятник древней культуры.

Передо мной была поставлена задача – наладить методику определения абсолютного возраста органических образцов. Суть метода состоит в том, что наряду со стабильным изотопом углерода (С12), содержащемся в атмосфере Земли в виде углекислого газа, в воздухе всегда присутствует углерод (С14) - радиоактивный изотоп, период полураспада которого составляет 5 730 лет.

Измеряя соотношение С12 и С14 в исследуемом образце (уголь, древесина, кость и т.д.), можно с удовлетворительной точностью определить возраст образца, поскольку доля С14 в исследуемом материале равномерно убывает вследствие радиоактивного распада.

Для начала я был направлен на стажировку в славный город Ленинград (ныне Санкт-Петербург), в лабораторию Востоковедения, где провел почти месяц, изучая методики радиоуглеродной датировки.

Конечно, у меня была возможность знакомиться с городом, его архитектурой и памятниками, а также его драматической и героической историей. Это была одна из самых замечательных поездок в моей жизни.

Другая интересная поездка была связана с Сургутом, где в то время велись раскопки древнего Барсова городища, протянувшегося на несколько километров на берегу Оби. Задачей нашего отряда была археологическая разведка вдоль трассы железной дороги Сургут-Нижневартовск.

Правда, за исключением древнего хальмера (кладбища и святилища хантов), нам не удалось найти в бескрайних болотах поймы Оби что-либо представляющее археологический интерес. Зато местная природа, ее разнообразные богатства и встречи с местными людьми запомнились мне на всю жизнь.

Вернувшись из экспедиции, мы узнали, что наш шеф - В.Ф. Генинг собирается уезжать в Киев, куда его пригласили работать в институт археологии Академии наук, на должность заместителя директора.

В.Ф. Генинг 

Владимир Федорович Генинг - основатель Уральской археологической экспедиции

Естественно, все хоздоговорные ставки были сокращены и мне пришлось искать другую работу.

После краткого собеседования с руководителем конструкторского отдела Оптико-механического завода я был принят на работу в качестве инженера в этот отдел.

На первый взгляд, странный поворот судьбы. Ведь моя работа на заводе была связана с проектированием сложных электронных устройств, а по университетскому образованию я биолог. Но здесь сыграла важную роль увлекшее меня со школьных лет конструирование электроники, а в университете во время учебы и работы я в основном только тем и занимался, что конструировал и изготавливал разные устройства для научных и учебных целей.

Работа в лаборатории аналоговых устройств оказалась захватывающей и крайне интересной, но это был совершенно другой уровень, по сравнению с тем, чем мне приходилось заниматься ранее. Здесь я впервые увидел гибридные микросхемы и другие варианты сложных устройств, выполненные в виде миниатюрных корпусов со множеством выводов, танталовые конденсаторы и многое другое.

Мне, как новичку, было поручено конструирование блока питания для одного летающего устройства. Однако, этот блок должен был сохранять параметры выходных напряжений в широком диапазоне температур, перепаде давлений и умещаться в небольшом объеме.

Коллектив лаборатории возглавлял Лев Дмитриевич Будрин, талантливый, разносторонне образованный и душевный человек лет сорока. Инженеры, работавшие под его руководством, были ему под стать: Валера Томин, Толя Панов и другие – цвет заводской интеллигенции.

Конечно, вначале у меня были проблемы – сказывался недостаток квалификации, но внимание и поддержка старших товарищей довольно быстро позволили мне получить необходимые знания и навыки, за что я благодарен этим людям.

Особенно я благодарен Виктору Васильевичу Камышану. Он, единственный специалист лаборатории, работал не на военный заказ. Его направление – экспононометрия и экспонометр «Свердловск», а также его модификации были известны широкому кругу фотографов, как любителей так и профессионалов.

Фотоаппарат «ФЭД», который мне подарила мама, сопровождал меня во всех поездках и экспедициях, начиная со второго курса. Но занимался я фотографией, как большинство фотолюбителей, интуитивно определяя основные параметры будущего снимка.

Виктор Васильевич, узнав о моем увлечении, попросил меня показать мои фотографии. Беседы с ним помогли мне узнать то, о чем я до этого имел смутное представление – о сюжете, композиции, освещении, о работе с портретируемым и работе на пленере, о конструкции фотоаппаратов, о фотоматериалах и многом другом. Мы стали вместе выезжать на пленеры на Шунут и на Сергу, и окончательно сдружились. Виктор Васильевичу было уже за пятьдесят, но в выносливости и силе он не уступал мне, а его мудрость и великолепное чувство юмора украшало наши встречи.

С начала моей работы на заводе прошло несколько месяцев, и как-то мы собрались с Витей Бойко и Юрой Елькиным на Шунут. Летом я, гуляя по окрестностям Шунута, наткнулся на уютную избушку, стоявшую на небольшом покосе в окружении столетних елей.

Недалеко от избушки пробивался небольшой ключик с прозрачной и вкусной водой, и место это так понравилось мне, что я решил показать его своим друзьям.

Короткий декабрьский день близился к закату и, нагулявшись по Шунуту, мы двинулись в сторону избушки, но нашли ее не сразу. Видимо, в конце лета здесь прошли рубки главного пользования, и мы с трудом пробирались по лесосеке, захламленной порубочными остатками, укрытыми глубоким рыхлым снегом.

Солнце уже коснулось горизонта и, потеряв всякую надежду на теплый ночлег, мы вдруг увидели на громадной вырубке маленькую покосившуюся избушку. Сомнений не было, избушка была та же, но на полянке, искореженной трелевочниками и заваленной мусором, не было и следа той красоты, которая здесь была еще недавно. В довершение ко всему трактор зацепил хлыстом угол сруба так, что дверь не закрывалась.

Уже стемнело, когда мы растопили печку и кое-как сумели закрыть дверь. Ужин получился грустным – мы вспоминали другие наши путешествия – везде одно и то же. Повсюду перерубы расчетных лесосек (в лесосырьевых базах лесу вырубается больше, чем прирастает), лесовосстановительные мероприятия - по минимуму, повсюду мусор и даже гниющие штабеля делового леса на лесосеках.

Конечно, среди людей, работавших в лесном хозяйстве, были профессионалы и энтузиасты в области охраны природы, например Булат Галеевич Нигаматов, который до сих пор работает директором Нижнесергинского лесхоза, но что они могли сделать против тысяч лесорубов и их руководителей.

Правда, личные заслуги энтузиастов отмечались наградами и почетными званиями. Например, Булат Галеевич – Заслуженный лесовод России.

При свете догорающей свечи мы стали укладываться спать, и в этот момент Виктор произнес: «Вот если бы в этих местах удалось создать Национальный парк, то хотя бы здесь – на маленькой, крохотной даже в масштабах территории Среднего Урала можно было бы навести необходимый порядок…»

Буквально через день или два какие-то дела привели меня на родной факультет, и в коридоре мы столкнулись с хорошо знакомым мне Сергеем Васильевичем Комовым, который сообщил мне о том, что на кафедральном семинаре заведующий кафедрой Биогеоценологии Борис Павлович Колесников сообщил о том, что в моей вотчине (как называли на факультете места моих постоянных путешествий между Азовом, Шунутом и Сергой) планируется создание национального парка!!!

 С.В. Комов

Сергей Васильевич Комов, съемки 1970-е гг.

Я аж чуть не присел от удивления:

- А подробнее, Сергей Васильевич?

- А ты сходи к Борису Павловичу и все узнай.

Я призадумался, но не потому, что Колесников казался мне неприступной твердыней: шутка ли – доктор, профессор, член-корреспондент, ректор университета и, кстати сказать, заслуженный лесовод России, а потому, что на пятом курсе он читал нам небольшой курс охраны природы, из которого в моей голове ничего не осело.

Придя на экзамен, я начал отвечать по билету, но Борис Павлович прервал меня:

- Тройка вас устроит?

Со смешанным чувством стыда и облегчения я, конечно, согласился с этим предложением.

И вот теперь мне нужно было идти со своими вопросами к этому человеку. Борис Павлович был на кафедре и первым делом спросил меня:

- А почему Вас это интересует?

- Я хочу участвовать в создании этого национального парка.

- Тогда приходите сегодня вечером ко мне домой, там и поговорим.

Б.П. Колесников

Б.П. Колесников

Удивлению моему не было предела. Загруженный до предела административной, научной работой и кучей общественных дел, он пригласил меня к себе домой, назвав адрес и время встречи. (На кафедре его адреса и телефона никто не знал!) Об этом приглашении я сказал Юре Елькину и мы решили идти вдвоем.

Двери открыл сам Борис Павлович. В его мрачноватой квартире с высокими потолками и стеллажами с книгами царил аскетический порядок – казалось больше там кроме книг и простой мебели ничего не было.

Борис Павлович усадил нас за круглый стол в гостиной и вначале коротко рассказал о состоянии дел.

Оказалось, что под его редакцией В.И. Прокаевым, зав. кафедрой Свердловского пединститута была написана книга «Краткая характеристика ландшафтов юго-западной части Свердловской области и некоторые вопросы охраны природы этой территории».

Изданная, если я не ошибаюсь, где-то в конце 60-х годов прошлого столетия, эта книга до сих пор является наиболее полным источником разнообразных сведений о природе обширной территории, окруженной городами Ревда, Полевской, Михайловск, Арти, Красноуфимск, Первоуральск.

Книга содержала предложение по развитию сети особо охраняемых природных территорий этого района, в том числе и по созданию Национального парка.

Библиография этой книги содержит около ста источников, которые были использованы автором. Среди авторов этих публикаций можно назвать таких видных специалистов, как Горчаковский П.Л., Большаков В.Н., Данилов Н.Н., Сторожева М.М., Смирнов Г.А. и многих других, начиная с конца XIX столетия.

С середины ХХ столетия Азов, Шунут и Серга становятся популярными среди туристов и приобретают важное социальное значение.

По инициативе Б.П. Колесникова, на совместном заседании бюро обкома КПСС и Облисполкома в 1963 г. было принято решение: «…просить Совет Министров СССР рассмотреть вопрос о создании парка на указанной территории».

Однако, в законодательстве об охране природы в то время были указаны лишь заповедники, разнообразные заказники и памятники природы, а в достаточно широких кругах природоохранной и научной общественности того времени Национальные парки считались «буржуазной, чуждой нам формой охраны природы».

- Как видите, до Национального парка еще далеко, - сказал Борис Павлович. - Но чем раньше начнется работа по его созданию, тем скорее он станет реальностью.

Первоочередной задачей должно стать технико-экономическое обоснование (ТЭО) – главный предпроектный документ. 

В нем должна содержаться подробная физико-географическая характеристика района исследования, функциональные зонирования (резерваты, места массового отдыха, пешеходные и (где возможно) автомобильные маршруты, зоны сельского и лесного хозяйства и соответствующая инфраструктура).

Необходимо было провести финансово-экономический анализ современного хозяйственного использования и будущего хозяйства Парка, нацеленного на обслуживание посетителей.

Таким образом, предстояла серьезная работа, которая была бы по силам специализированному НИИ, а нас же было пока три человека – физик, математик и биолог, но у нас было три преимущества – любовь к этим местам, молодость (мне было 26 лет) и вера в успех.

Важно подчеркнуть, что началась эта работа не на пустом месте – до нас здесь поработали десятки по-настоящему грамотных квалифицированных специалистов.

У нас не было никаких источников финансирования, кроме собственной зарплаты, но Борис Павлович рекомендовал обратиться за поддержкой в обком ВЛКСМ и во Всероссийское Общество Охраны Природы (ВООП), заметив при этом, что на ВООП надежды мало, но попробовать можно.

Так оно и вышло. В Обществе нас принял тогдашний председатель Реньев, бывший физкультурник, чуть не расцеловал нас, наговорив много ласковых слов в наш адрес и ничего более.

В Обкоме нас принял В. Фатиков, секретарь по работе со студенческой и научной молодежью и Н.П. Пичугина – секретарь ЦК ВЛКСМ по Уральскому Научному Центру.

Н.П. Пичугина

Нина Петровна Пичугина на конференции в Кишиневе

Помощь этих людей была существенной – рекомендательные письма, которые помогли нам сэкономить кучу денег. Организация консультаций, а спустя три года по ходатайству Пичугиной и Фатикова ЦК ВЛКСМ премировал нашу работу серьезной для нас премией.

Но я забегаю вперед, а в тот момент мы начали подготовку к полевому сезону. Главной проблемой было отсутствие картографических материалов. Мы обратились в Комитет по Геодезии и Картографии. Встреча была краткой. Сотрудник Комитета поинтересовался, есть ли в нашей организации лица, имеющие допуск к секретным материалам, специально оборудованное помещение с сейфом и т.д.

Что я мог ответить?

- Ну, тогда пользуйтесь картой административного деления области, – ответил сотрудник, и мы вежливо попрощались.

Но у одного из наших знакомых была подружка, которая имела доступ к секретным картографическим материалам. И она вынесла из своей конторы 6 листов «километровки». Топографические карты с масштабом 1:100 000 на полчаса.

В одной из хороших фотолабораторий мы сделали фотокопии на стеклянных негативах 13х18 см, а в дальнейшем и бумажные отпечатки, «растянув» их до масштаба 1:50 000. И я сел за ручное копирование этих отпечатков на кальке, с которых мы в дальнейшем делали необходимое количество копий, охватив таким образом территорию будущих полевых работ. 

Вскоре Борис Павлович пригласил меня на прощальную встречу (он уезжал в Симферополь, где оставив прежнюю деятельность, решил вести преподавательскую деятельность в пединституте). На этой последней для нас встрече Борис Павлович поинтересовался, как идут наши дела, и сказал:

-  Не бросайте этого дела, ни при каких обстоятельствах. Знайте, что пройдет время и вам будет протянута дружественная сильная рука.

Это пророчество грело меня долгие годы и неоднократно сбылось.

© А.В.Добров

UraloVed.ru

Смотрите также: 

Дружина (продолжение цикла)

А.В. Добров. Дикий Запад (Университет. Наука. Серга. Щелпы). Часть 1

А.В. Добров. Дикий Запад (Университет. Наука. Серга. Щелпы). Часть 2

А.В. Добров. Фотографии парка "Оленьи ручьи"

История названия и логотипа природного парка «Оленьи ручьи»