Ураловед

Портал знатоков и любителей Урала

4.81818181818 1 2 3 4 5 Рейтинг: 4.82 Голосов: 22

Исключительно благодаря авантюризму, энергии, уму и пробивной способности младшего представителя знаменитой династии уральских предпринимателей – Никиты Никитича Демидова (?-1758) появились на свет такие уральские заводы, как Первоуральский (прежде Шайтанский, или Васильево-Шайтанский), Верхне- и Нижне-Сергинские, Верхне- и Нижне-Кыштымские.

С началом ХVIII века стремительно рванулась Россия на восток осваивать богатейший край империи. До сего времени он благополучно пополнял государеву казну бесценной уральской пушниной да камской солью. Отныне дело шло не просто об участии России в международной торговле, а о превращении ее в могущественную европейскую державу. Для чего необходимо было, как минимум, иметь сильную армию и флот, которые, в свою очередь, могли появиться только при условии развития металлургического и горного производства. Для строительства заводов требовались крупные капиталы. У государства, как всегда занятого массой других проблем, денег на новые заботы не хватало. Царь Петр Алексеевич пытался строить казенные заводики. Один из них возник в 1701 г. на реке Нейве. Но, увы, работали они из рук вон плохо: были дорогущими, безынициативными, давали меньше металла и прибыли, нежели частные. Поэтому, когда тульский заводчик Никита Демидов сын (по прозванию Антуфьев) заявил, что готов увеличить производство чугуна и железа, а продавать его в казну согласен по ценам вдвое дешевле заграничного, Невьянский завод тут же был передан в его руки.

В сложном деле - промышленном освоении Урала - Никита Демидов надеялся найти опору в трех своих сыновьях: Акинфии, Григории, Никите.

Гроот Георг Кристофор. Портрет А.Н. Демидова. 1745 г.

Старший - Акинфий немедленно был отправлен поднимать Невьянский завод. Именно благодаря его непосредственным усилиям будут построены на Урале Шуралинский (1716), Быньговский (1718), Верхнетагильский (1720), Выйский (1722), Нижнелайский, Нижнетагильский (1725), Черноисточинский (1726), Шайтанский (1727), Уткинский (1729), Ревдинский (1734), Верхнелайский (1742), Висимо-Шайтанский (1744) и ряд других заводов.

Двое младших сыновей - Григорий и Никита вместе со всей семьей составят отцу компанию по переселению на Урал лишь весной 1704 г. Тогда огромный караван в 30 подвод со всеми  демидовскими домочадцами, мастеровыми, работными людьми отправился в неблизкий путь на Урал.[1]

Никита Демидов-старший так до конца жизни и не научился читать и писать. Зато Никита Демидов-младший слыл грамотеем.

Автограф Никиты Никитича Демидова. «К доношению дворянин Никита Демидов руку приложил». Из фондов ГАСО

Оба обладали сильным характером, и в конфликтах между ними часто, как говорится, «коса на камень находила». Оба проявят недюжий талант в организации металлургического производства. Никита-старший успеет увидеть 7 металлургических заводов, построенных собственными руками, Никита-младший сможет завещать своим детям 11 предприятий на Урале и в Подмосковье.

В Невьянске младшие Демидовы оказались у отца и старшего брата в роли приказчиков. Нехватка не только квалифицированной, но и просто рабочей силы, требовала использования знаний и опыта младших сыновей везде, где только было возможно. Более того, старшие, привыкнув работать на пределе возможностей, такой же самоотдачи требовали и от молодых. Но одно дело работать на себя, другое – на старшего брата.

Григорию вернуть самостоятельность помог случай. Никита Демидов – старший хорошо осознавал многочисленные плюсы и минусы, связанные с переводом своих предприятий на Урал. Одним из серьезнейших недостатков складывающейся системы отношений с государственными ведомствами стала утрата уральскими демидовскими предприятиями способности обслуживать срочные заказы армии и флота, а они составляли львиную долю всех заказов[2]. Доставлять десятки тысяч пудов металла из-за Уральских гор в центральные районы страны можно было только по рекам и лишь один раз в году по большой воде. При таких неритмичных поставках весомую часть срочных заказов приходилось уступать подмосковным конкурентам.

С другой стороны, Урал еще длительное время будет испытывать недостаток рабочей силы, тем более квалифицированной. Поэтому имело смысл уральские заводы использовать для валового производства чугуна и железа, а в Подмосковном регионе сосредоточить металлообработку, изготовление необходимого для русской армии оружия. Григорий резоны отца разделял и согласился в 1707 г. вернуться в Тулу строить железоделательный завод на реке Дугне (Алексинский у.).

Вместе с Григорием в Тулу стал проситься и Никита. Главным его аргументом стало желание посвататься к Настеньке Постуховой, дочери крупного тульского купца. Никиту благословили. В 1707 г. состоялось венчание.[3] В том же году у молодых родился первенец – Василий.[4]

Можно высказать предположение. Поскольку два этих события естественно должны разделять, как минимум, девять месяцев, то получается, что Василий мог родиться где-то в конце года. Предположим, в декабре. Отняв известное число, получим апрель месяц. Вспомним, что в 1707 г. Пасха пришлась на 3 апреля. Перед Пасхой православная Россия 40 дней соблюдала строгий Великий пост, когда свадьбы, мягко говоря, не поощрялись. Четыредесятница начиналась через полтора месяца после завершения другого поста – Рождественского. Так, что венчание Никиты Никитича и Анастасии Герасимовны, скорее всего, могло состояться после Пасхи, т.е. в апреле. Тогда, действительно, Василий мог появиться на свет в декабре.

Однако, возвращаться на Урал Никита не торопился.

Новые родственники - новые возможности. Никита Никитич старается подняться на ноги, доказать отцу и себе право на  независимость. Первая попытка связана с участием в торговых операциях. Но для оптовой торговли требовались не столько крупные капиталы, сколько развитая инфраструктура (транспорт, складские помещения), маломальские связи. У Постуховых они, конечно, имелись, но делиться ими с новым родственничком те не торопились. Вторая попытка: Никита Никитич пробует заниматься ростовщичеством, но и это не его хлеб. Четыре года Никита Демидов - старший ждет покаяния «блудного сына», а затем решительно производит раздел имущества, выделив Никиту из семьи. При чтении документа возникает впечатление, что глава семьи был серьезно разгневан и уничтожал буквально все возможности будущего примирения с сыном. «И впредь детем моим, Акинфию, Григорию, и женам их, и детем на сына моего, Никиту, и на жену ево, и детей, и ему, Никите, и жене ево, и детем на них, Акинфия и Григория, и на жен их, и на детей, об ыном вышеписанном и ни о каком разделе великому государю и властям не бить челом и ни какими делы не вчинять, и не взыскивать».[5]

Никита Никитич получил в собственность усадьбу и винокуренный заводик в Туле.

Производство вина – дело, безусловно, доходное, но воспринималось оно Демидовыми, все-таки, как побочный промысел. Основные капиталы семьи прирастали в металлургическом производстве.

Знания и навыки, полученные в совместной работе с отцом, требовали своей реализации. О методах обучения и воспитания мальчиков в семье Демидовых можно судить по беглым записям в биографии Акинфия Демидова. «С самых юношеских лет приучаем был родителем своим к познанию минералов, гидравлики, механических и других искусств».[6] Таким же образом, познавая конкретное заводское дело, должны были воспитываться и младшие сыновья Н. Демидова. Но, если Акинфий «повсюду находился с ним (родителем - Авт.) при устроении заводов и был ему верным помощником», то младшенького - Никиту сия участь, очевидно,  коснулась в меньшей степени.

В конце концов, Никита Никитич принимает решение об участии в семейном деле, и приобретает в 1716 г. у своих родственников за 1000 рублей полуразрушенный Дугненский заводик, отстраивая его после наводнения на новом месте.

Церковь на территории Дугненского завода (современное состояние) Фото. В.Фридгельм

Но здесь молодой человек сталкивается с непробиваемой стеной корыстных интересов местного чиновничества. Так уж складывается в Российской империи, что мелкий чиновник, обладающий крохотной долей власти, но принимающий решение «пущать или не пущать» бумажку дальше, может затормозить или разрушить любое начинание. Чтобы сохранять дело, требуется кормить массу бездельников. Пример чуть более позднего времени, но, тем не менее, достаточно показательный. С 1731 по 1734 г. некто калужский купеческий человек Андрей Николаевич Долгов, получив разрешение на строительство железного водяного завода в Мещевском уезде, подвергся преследованию со стороны калужского бургомистра Семена Кароева. Для начала тот приказал захватить долговских приказчиков и мастеровых, затем арестовал самого заводчика, грозился заморить до смерти в тюрьме его жену и детей, в конце концов, разорил завод, а самого заводчика обложил подушным окладом на 70 душ.[7] И все из-за непонятливости Долгова, что «родную власть» необходимо кормить, чтобы у нее было желание поддерживать предпринимателя. Стоит напомнить, что, во-первых, в этот период Никита Никитич самонадеянно лишился отцовской поддержки, и тогда принципиально ничем не отличался от купеческого человека Андрея Долгова. А, во-вторых, Калугу от Тулы только то и отделяет, что сотня верст.

Когда в конце 1720 г. Никита Демидов-старший объявил об открытии медного месторождения на реке Вые и о намерении построить здесь новый завод, Никита-младший уже был готов идти на поклон к отцу и проситься в его уральские вотчины подальше от чиновничьего произвола. Благо просится он не с пустыми руками, а с накопленными капиталами, дольщиком к старшему брату. Ищет новые аргументы: «меня де ты в те дачи не пустишь, чужие де люди ворвутся». Ответ Никиты старшего категоричен – горного дела «тебе снесть не уметь».[8]

Раев В.Г. Вид Выйского медеплавильного завода

Это уже приговор. Нервы Никиты Никитича не выдержали. Его, что называется, понесло. Вскоре некто Сидор Томилин подает челобитную, обвиняя Никиту Демидова-старшего в обманном захвате Выйского месторождения. Началось разбирательство. Никите-старшему уже не впервой приходилось сталкиваться с доносами.[9] Инициаторами их были люди, как правило, недалекие, жадненькие до чужого добра, и бороться с ними труда особого не составляло, хотя и крови эта борьба портила немало. По доносам начиналось дознание, которое изучало события, послужившие причиной возникновения самого доноса. Несколько месяцев жизни уходило впустую. Правда, был и положительный результат. Чем больше облыжных наветов поступало, тем больше государь убеждался в невиновности Н. Демидова. А в 1715 г. его дела вообще были изъяты из ведения местных властей. И вот новый скандал. К ужасу Демидова-старшего вскоре выяснилось, что за спиной никому неизвестного Сидора Томилина стоял не кто иной, как родной сыночка, кровиночка - Никитушка. Оскорбленный до глубины души отец пригрозил в случае повторения подобного проклясть своего непутевого сына и тут же составил завещание в пользу Акинфия. [10]

Насколько разрыв с родителями оказался серьезен, показывает хотя бы тот факт, что вдова Н. Демидова-старшего - Евдокия Федотовна, составляя духовное завещание в 1727 г. даже словом не обмолвилась о Никите-младшем. Более того, через десять лет, когда закон о единонаследие уже будет отменен, и оба сына могли претендовать на наследование родительского имущества, Евдокия Федотовна воспользуется прибытием в Тулу брата всесильного фаворита - Густава Бирона и пригласит его в качестве свидетеля своей материнской воли, и сумеет, так таки, настоять на своем, завещав все свое имущество нераздельно Акинфию.[11]

Таким образом, можно придти к выводу, что стремление к самостоятельности в совокупности с неясными пока обстоятельствами личных отношений в семье совершенно лишили младшего Демидова родительской поддержки.

События 1725-26 гг. круто изменили судьбу Никиты Никитича.

Во-первых, в январе 1725 г. скончался император Петр Алексеевич, не оставив прямого наследника. Россия вступила в длительный период борьбы высшей аристократии за власть, в период дворцовых переворотов, фаворитизма. Годы правления Екатерины I (1725-27), Петра II (1727-30), Анны Иоанновны (1730-40), Анны Леопольдовны (1740-41), Елизаветы Петровны (1741-61), Петра III (1761-62). Новая власть, не чувствуя прочных тылов, будет обречена на поиск союзников среди различных группировок российской аристократии.

Во-вторых, в ноябре того же года вслед за императором почил 69-летний Никита Демидов-старший.

Тогда Никита Никитич взялся осваивать азы государственной службы, и о нем впервые заговорили как об удачливом предпринимателе.

Берг-коллегия, испытывая дефицит в образованных кадрах, поручила в феврале 1726 г. грамотному заводчику Никите Демидову возглавить сбор в казну десятины с частных металлургических заводов Тульской слободы. И, надо полагать, Никита Никитич преуспел в этом деле. Тульские оружейники кряхтели под напором всезнающего конкурента, отвечая в свою очередь доносами, обвиняя Демидова в извечных русских проказах: воровстве и мздоимстве, резонно полагая, что заниматься делом и не воровать на Руси невозможно - надо только хорошенько покопать. Но, вопреки их ожиданиям, Н.Н. Демидов устоял и даже получил в 1729 г. горный чин – цегентнера. [12]

Параллельно с этим еще в марте 1726 г. братья Демидовы - Акинфий, Григорий и Никита были возведены в потомственное дворянство по Нижнему Новгороду [13] и таким образом получили право приобретать земельные владения вместе с крестьянами.

Никита Никитич активно начинает скупать как отдельные деревеньки, так и крупные вотчины, формируя кадровую основу будущей металлургической империи. «В Калужском уезде Никитой Никитичем были приобретены 4 октября 1728 года у Ржевского деревня Латынино,…по купчей 25 октября 1728 года от Кисленских пустошь Рышково. В Нижегородской губернии…куплены у графа Н.Ф. Головина села Фокино, Самовка и др. Демидовские владения простирались в Брянском, Алексинском, Казанском, Нижегородском, Арзамасском и Калужском уездах России». [14]

Попутно Никита Никитич наращивает металлургические мощности: отстроил две новые домны в Дугне, запустил Брынский молотовый завод в Мещевском уезде.

Усадьба Демидовых в Брыни. Современное состояние. Фото с сайта venividi.ru/node/5869

Еще в 1719 г. дабы подстегнуть изыскательский интерес, появился указ о Берг-привилегии, дающий приоритетное право первооткрывателю месторождения, разрабатывать его в дальнейшем, на чьей бы земле оно не находилось.[15] Отменных рудознатцев у основателя династии – Никиты Демидова-старшего было немало. Они исходили весь Урал вдоль и поперек, открыли десятки крупных рудных месторождений. Одно из них, располагавшееся на берегу реки Чусовой там, где река прорывается у подножия горы Волчихи через Уральский хребет было открыто еще до появления Демидова на Урале в 1702 г.[16].

Гора Волчиха. Фото Павла Распопова

Никита Демидов испытал волчихинскую руду на Тульском заводе, убедился в ее качестве. Позже, в 1724 г., он получил право на разработку месторождения. Застолбив его, поначалу отец, а затем и Акинфий оказались, тем не менее, не в состоянии освоить рудник. Более того, им пришлось вскоре убедиться, что металл из волчихинской руды получался жестким и не выдерживал необходимых для оружейного металла нагрузок. Гораздо позже, уже в ХХ веке, причины столь странного поведения руды станут понятны: в ней будут обнаружены значительные примеси титана. Технологиям ХVIII века подобные металлы были не по зубам.

Однако, месторождение было объявлено и оставалось неразработанным. Этим обстоятельством и решил воспользоваться чиновник Берг-коллегии - Никита Никитич. Через четыре года после смерти батюшки, он заявил о «тунележащих» месторождениях у Акинфия на Урале. Разразился скандал. Акинфий протестовал, но объяснить промашку с заброшенным месторождением не смог. Берг-коллегия выдала Никите Никитичу разрешение на постройку железного водяного завода «в Сибирской губернии на реке Шайтанке, впадающей в реку Чусовую». Произошло это событие 10 июля 1730 г.[17]

Но здесь возникло еще одно препятствие - урочище по реке Шайтанке считали своей родовой вотчиной могущественные бароны Строгановы, ссылаясь на жалованную грамоту, выданную еще Иваном Грозным их предку Якову Строганову на земли по реке Чусовой.[18] Удивительно, но Никита Никитич вышел победителем в схватке с тяжеловесами, что, само по себе, может свидетельствовать о его крепких связях в Берг-коллегии, а может быть и выше. Разумеется, кто-то чрезвычайно могущественный поддерживал «начинающего» уральского предпринимателя.

На Шайтанку Никита Никитич выезжает вместе с 23-летним сыном Василием. Спешно в авральном порядке «радением своим плотину и при том домну для плавки чюгуна и молотовую фабрику для ковки железа построил и в действо пустил»[19] Случилось это 1 декабря 1732 г. Не мудрствуя, завод первоначально назвали Шайтанским[20]. Но, поскольку, речек с подобным названием на Урале встречалось множество, и в 1739 г. Акинфий Демидов начнет строительство еще одного завода на реке с аналогичным названием, только уже в районе Нижнего Тагила, то новый завод станет называться Висимо-Шайтанским,  а завод, управлявшийся Василием, получит имя  Васильево-Шайтанского и сохранит его вплоть до начала ХХ века.[21]

Любопытно еще одно обстоятельство: «Чертеж отведенному господину Никите Демидову от реки Шайтанки … до речки Телембаихи (современное «Билимбаихи» - авт.) под завод месту. Сочинял ученик Андрей Татищев при Екатеринбурге 1731 года июля месяца».[22]

При заводе было разрешено завести одну домну и три молота, что давало возможность производить от 100 до 150 пудов чугуна ежедневно.[23]

Наученный горьким опытом, Акинфий спешно возводит в 1734 г. плотину и корпуса Ревдинского завода. Братья поделили спорную территорию по реке Чусовой. Правый берег с рудами и лесами перешел в распоряжение Шайтанского завода, левый – Ревдинского.[24]

Тогда же в 1734 г. барон Александр Григорьевич Строганов запускает Билимбаевский железоделательный завод. Теперь в районе все поделено.

Никита Никитич упорно продолжал наступление на Урал. В декабре 1731 г. он приобрел в Осинском уезде Пермской губернии у комиссара Дмитрия Тряпицына медеплавильный Давыдовский завод.[25] Но медное производство – не железоделательное. Требуются другие технологии, другие мастера. Завод так и не удалось пустить в действие. Начались башкирские волнения, а через пять лет завод просто прекратил свое существование.

Тогда же Никита Никитич покусился на территорию будущих Сысертских заводов – проект, трепетно вынашиваемый Главным  горным командиром В. Генниным, - по поводу чего Вильям Иванович крайне недоумевал: «Ныне уведомился я, что Никита Демидов через коварство и лживое представление на Москве добыл указ от Коммерц-коллегии, что он означенное место и руду тут искал, чего и век не бывало…».[26] Не пошел впрок урок, полученный в противоборстве с отцом или наоборот, приобретенный опыт, что любое дело в России можно решить с помощью связей, доносов и взяток положительно, закрепился в поведении младшего Демидова.

Вильям Геннин первоначально оказавший по просьбе Василия Никитича помощь мастерами при строительстве Шайтанского завода к ноябрю 1731 г. двоих мастеров из шести отозвал для строительства Сысертских заводов.[27]

У матереющего Никиты Никитича оказались и другие не менее опытные противники. Кляуза на кляузу, донос на донос…  Как бы то ни было, в результате проверок, проведенных на тульских предприятиях Коммерц-коллегией в 1733 г., Никита Никитич был отстранен от должности сборщика десятины и вынужден был уплатить штраф в 500 руб. Дальнейшие его планы оказались связаны исключительно с железоделательным производством в центральном и, особенно, в уральском регионе. Тем более, что в 1734 г. Указом императрицы Анны Иоанновны на Урал вместо стареющего генерала В. Геннина был направлен В.Н. Татищев – давний оппонент Акинфия Демидова.

В 1734 г. рудознатцы, посланные Василием Никитичем Демидовым на поиски новых железных месторождений, обнаружили выходы бурого железняка в районе впадения речки Актая в Баранчу. Никита Никитич развернул бурную деятельность по подготовке строительства Баранчинского завода. Во-первых, шихтмейстером  Петром Яковлевым 16 ноября 1734 г. был сочинен план «к означенному месту для построения завода цегентнера Никиты Демидова на речке Баранче»[28]. Во-вторых, Никите Никитичу удалось добиться приписки к новостроящемуся заводу полутысячи крестьян из сел Богородское и Алтыново Кунгурского уезда.

Весной 1735 г. приказчик Шайтанского завода Терентий Мосолов отправился с шихтмейстером Сергеем Ярцевым для осмотра железных рудников. По дороге, остановившись в дер. Ватиной, они познакомились с крещеным вогулом Степаном  Чумпиным, который представил несколько кусков магнитной руды из горы, стоящей на берегу реки Кушва. Мосолов осмотрел гору.

Гора Благодать близ Кушвы. Снимок конца XIX в.

14 мая одновременно Петр Яковлев и Василий Демидов подали прошение об открытии нового месторождения.[29] Василий тут же предложил немалую сумму 3000 руб. за отдачу месторождения ему. Но находка оказалась столь необычной и столь долгожданной, что новый Главный командир Уральского горного правления В. Н. Татищев тут же решил начать строительство двух казенных заводов при новом месторождении, назвав последнее Благодатью.

Вокруг богатейшего месторождения сразу же развернулась нешуточная борьба.

Правительство Анны Иоанновны, испытывая финансовые затруднения, запросило мнение горного начальника об эффективности казенных и частных заводов Урала. Государственник до мозга костей Василий Никитич сравнивая планируемую доходность частных и казенных заводов, безусловно, отдавал предпочтение последним. Дальше имеет смысл предоставить слово самому В.Н. Татищеву. «Если все эти рассуждения Ея Императорское Величество велит оставить, а сии заводы повелит партикулярному (владению) отдать, то надлежит спросить других промышленников, не хочет ли кто с большим обещанием взять, и если никто на него не сыскался бы, то надлежит их отдать Никите Демидову, который прежде всех партикулярных туда руд искать послал; но вогулич нашед, уже в казну прежде объявил, о котором он Демидов челобитьем просил прежде нежели какое иждивление на оное положено было, сын его за отдачу оной давал 3000 рублей, токмо я, помятуя мою должность и, храня честь мою, таким подарком не прельстился, но по рассуждении в собрании оное челобитье отрешили… ».[30]

Возвращаясь по указу императрицы на Урал в 1734 г., В.Н. Татищев хорошо представлял себе возможности своего главного оппонента - Акинфия Демидова. Именно конфликт с Никитой Демидовым-отцом и Акинфием стал причиной первой отставки В.Н. Татищева с должности Главного горного начальника в 1722 г. и почетной ссылки его в Швецию.

Акинфий, действительно, противодействовал чуть ли не всем начинаниям В.Н. Татищева. И его попыткам организовать подготовку местных кадров специалистов на казенных и партикулярных заводах, и попыткам произвести подсчет старообрядческого и беглого люда, и попыткам наладить государственный учет количества выплавляемого чугуна на частных заводах.

Василий Никитич, отлично понимал, что в жесткой борьбе с Акинфием ему необходимы влиятельные союзники. Как нельзя лучше на эту роль подходил Никита Никитич. По принципу: враг моего врага - мой друг. Во-первых, он тоже Демидов, во-вторых, обладает определенными связями в Горном ведомстве, не стоит забывать и о застарелом конфликте между братьями, и, в конце концов, у Никиты Никитича существуют свои интересы на Урале. Оказывая поддержку младшему Демидову, в том числе и перед императрицей, В.Н. Татищев надеялся укрепить и свое положение.

Однако, возможности влияния братьев оказались несравнимыми. Постоянные жалобы Акинфия на произвол уральских властей привели к тому, что В.Н. Татищеву было высочайше категорически запрещено ведать А. Демидова, т.е. выполнять те задачи, ради которых и была создана должность Главного командира Уральского горного правления - осуществлять высшие государственные интересы в горном царстве. Василий Никитич вынужден был капитулировать.

Вернемся к Никите Никитичу и его попыткам построить Баранчинский завод. «Токмо оный завод за некоторым спором с братом Его Никитиным Акинфием Демидовым достройкою остановлен…»[31]. Суть противоречий сводилась к отказу Акинфия Демидова снабжать железными изделиями любого посягнувшего на новое месторождение. А в марте 1739 г. все права на разработку Благодатских руд были переданы Берг-компании во главе со ставленником Э.И. Бирона - бароном фон Шембергом и родными братьями фаворита – Карлом и Густавом.[32]

Что касается всесильного Э. И. Бирона и его непосредственного окружения, то возникает впечатление, что братья Демидовы, продвигая свои проекты, сделали все, чтобы приручить их к неотъемлемой болезни русского чиновника – взяточничеству. Во всяком случае, и барон Шемберг, и Густав Бирон чрезвычайно ценили услуги Акинфия Демидова.

Э.И.Бирон. Неизвестный художник XVIII в.

Злые языки пытались обвинить Акинфия и Никиту Демидовых в даче взяток самому президенту Коммерц-коллегии барону Петру Павловичу Шафирову. Но под кнутом доказать обвинений не смогли.

Что касается самого Э.И. Бирона, то ему в чужой непонятной стране, в далеком, но чрезвычайно доходном крае, необходимо было создать систему сдержек и противовесов. Разделяй и властвуй! Пока у В.Н. Татищева будут сохраняться противоречия с Акинфием Демидовым, а у последнего – с Никитой Демидовым, а у того в свою очередь со Строгановыми, Осокиными и т.д. ему – графу Эрнесту Иоганну Бирону можно будет засыпать спокойно.

Наконец, уже в елизаветинское время в 1742 г., когда Никита Никитич, достойный наследник дел своего отца, превратился в хозяина 6 металлургических заводов, ему был пожалован чин статского советника. Акинфий к этому времени был уже действительным статским советником.

МЕТАЛЛУРГИЧЕСКАЯ ИМПЕРИЯ НИКИТЫ НИКИТИЧА ДЕМИДОВА (?-1758)

Год

Завод (продукция)

Расположение

Построен-Куплен

1718

Дугненский (чугун-железо)

Тульский у.

У Н. Демидова

1726

Брынский (железо)

Тульский у.

Построен

1731

Давыдовский медеплавильный

Казанский у.

У Дм. Тряпицына

1732

Васильево-Шайтанский (чугун – железо)

Екатеринбургский у.

Построен

1740

Выровский (железо)

Калужский у.

Построен

1742

Верхне-Сергнский (железо)

Оренбургская губ

Построен

1743

Нижне-Сергинский (чугун- железо)

Оренбургская губ.

Построен

1751

Каслинский (чугун, железо)

Оренбургская губ.

У Я. Коробкова

1755

Верхне-Кыштымский (чугун)

Оренбургская губ.

Построен

1756

Людиновский (железо)

Брянский у.

Построен

1756

Есенковский (железо)

Мещевский у.

Построен

1757

Нижне-Кыштымский (железо)

Оренбургская губ.

Построен

РАЗДЕЛ ИМЕНИЯ НИКИТЫ НИКИТИЧА ДЕМИДОВА (1758)

ПРИОБРЕТЕННЫЕ И ВНОВЬ ПОСТРОЕННЫЕ НАСЛЕДНИКАМИ Н.Н. ДЕМИДОВА ЗАВОДЫ (вновь построенные показаны жирным шрифтом)

Владелец

Завод

Год

Расположение

Евдоким

Дугненский

1718

Тульский у. Моск. губ.

(1713/1715 - 29.01.1782)[33]

 

Выровский

1740

Калужский у. Моск. губ.

Людиновский

1756

Брянский у.

Авзяно-Петровский (Верхний)

1760

Оренбургская губ.

Авзяно-Петровский (Нижний)

1760

Оренбургская губ.

Верхне-Узянский (чугун, железо)

1760

В-Уральский у. Оренб. Губ.

Кагинский (железо)

1769

Уфимский у. Оренб. губ.

Кухтурский (чугун)

1773

Оренб. Губ.

Иван

1722 - 01.1807

Верхне-Сергинский

1742

Красноуфимский у. Пермская  губ.

Нижне-Сергинский

1743

Красноуфимский у. Пермская  губ.

Сипето-Ивановский

 

Жиздренский у. Моск. губ

Никита

1728-1804

Васильево-Шайтанский (Нижний)

1732

Екатеринб.у. Пермская  губ.

Каслинский

1751

Оренбургская губ.

Верхне-Кыштымский

1755

Оренбургская губ.

Нижне-Кыштымский

1757

Оренбургская губ.

Верхне-Шайтанский (железо)

1759

Екатеринбургский у.

Уфимский (чугун)

1759

Оренбургская губ.

Кеолинский (чугун)

1760

Оренбургская губ.

Алексей

ум. 1786

Брынский

1726

Тульский у.

Есенковский

1756

Мещевский у.

Все уральские заводы Демидовых были разрушены в ходе пугачевского восстания (1773-1775). Кухтурский завод восстановлен не был.

Выделенные жирным шрифтом заводы были построены сыновьями Н.Н. Демидова.

© Валерий Трубецкой
UraloVed.ru


[1] Кафенгауз Б.Б. История хозяйства Демидовых в ХУ111-Х1Х вв. М.: 1949, Т. 1, С. 142.

[2] Юркин И.Н. Тульский завод Демидовых. М.: 1996, С. 97-98.

[3] Юркин И.Н. Демидовы в Туле. Из истории становления и развития промышленной династии. М.-Тула, 1998. С.175.

[4] Юркин И.Н. Сведения о составе семей тульских оружейников в сказках 1723 г. //Уральский родовед. Екатеринбург, 2004, Вып. 7, С.90.

[5] Юркин И.Н. Материалы к биографии Григория Никитича Демидова//Промышленные династии тульского происхождения. Тула, 1996, С.36 прим. 9.

[6] Цит. По статье Черкасова А.С. «,,,Чтоб железо делать самым добрым мастерством». //Демидовский временник, кн.1, Екатеринбург, 1994, С.12.

[7] Рожков В.И. Берг-компания на Магнитной горе Благодати и на Медвежьих островах в Лапландии. //Горный журнал, 1885, №5, С.292-293

[8] Рожков В.И. Берг-компания…С. 293.

[9] Рожков В. И. Доносы фискалов на Никиту Демидова. //Русская старина, 1887, №4-6, С.329-344.

[10] Рожков В.И. Берг-компания. С.294.

[11] Рожков В.И. Берг компания С.443.

[12] Юркин И.Н. Демидовы – ученые, инженеры, организаторы науки и производства. М.: 2001, С.43-66

[13] Фридгельм В.Н. Калужские Демидовы. Рукопись. С.

[14] Фридгельм В.Н. там же. С.1

[15] Полное собрание законов Российской империи. Т.5, (1716-1719). СПб,: 1830, С.760-761.

[16] Курлаев Е.А. Открытие горы Магнитной в верховьях р. Чусовой //Четвертые Татищевские чтения. Екатеринбург. 2002, С.276-279.

[17] ГАСО. Ф.24, оп.1, д.861, л.38.

[18] ГАСО. Ф.24, оп.1, д.1047, л.71об.; Акифьева Н.В. История Первоуральска. От Демидовых до Бергов. Екатеринбург, 2005, С.13-14.

[19] Трусов В. Никита Никитич Демидов – основатель Шайтанского завода.// Уральский следопыт, 2007, №12, с. 70-71.

[20] «Шайтан» переводится с тюркского как «черт». Похоже, что таким образом  башкиры именовали места, на которых добашкирское население Урала – манси (вогулы) – создавали свои святилища.

[21] Во всяком случае, авторам энциклопедии «Металлургические заводы на территории СССР до 1917 г.» М-Л.; 1937, С. 167  этот завод известен как Васильевский - «так в народе назывался Шайтанский завод наследников Ярцева».

[22] ГАСО. Ф.25, оп.1, д.30л.30.

[23] «Прошлого 1739 году декабря 21 дня пущена в ход домна и дует по сей 1740 год января по первое число с того декабря 21 день. Сего 1740 году выплавлено чугуна две тысячи триста тридцать девять пуд». ГАСО, ф.24, оп.1, д. 861, л. 1; Акифьева Н.В. История Первоуральска. С.40.

[24] ГАСО. Ф.24, оп.1, д. 999, л.34.

[25] ГАСО. Ф.24, оп.1. д.861, л.29-34.

[26] Корепанов Н.С. Геннин на Урале. //Очерки истории Урала. Вып. 39, Екатеринбург, 2006, С.205.

[27] Трусов В.А. Василий Демидов и первый приказчик Шайтанского завода Лукиян Копылов//Шестые Татищевские чтения. Екатеринбург, 2006, Т.2, С. 184.

[28] ГАСО. Ф.25, оп.1, д.30, л.86 об.

[29] Чупин Н. Об открытии и первоначальной разработке магнитной горы Благодать.//Горный журнал, 1866, №10-12, С.317-321.

[30] Рожков В. Берг-компания на Магнитной горе Т.5, С. 207

[31] Там же, л.38-39

[32] Правда, в ноябре 1743 г. перед  Евдокимом Демидовым Канцелярия главного заводов правления  вновь поставит вопрос о состоянии Баранчинского завода «в каком он состоянии находится?» (ГАСО, ф.24, д. 999, л.312.)

[33] Родился 29.07.1713 г. в Туле (Краснова Е.И. Демидовы. Родословная роспись. С. 40) И.Н. Юркин в статье «Сведения о составе семей тульских оружейников в сказках 1723 г.» приводит сведения: 188. Воденых железных заводов управитель Никита Никитин сын Демидов. Дети: Василий 16 лет, Евдоким 8 лет. Т.е в 1723 г. Евдокиму было 8 лет от роду.